Посол ФРГ Гебхардт Вайс: отношения между ЕС и Беларусью — вопрос доверия

3 октября — День объединения, национальный праздник Германии. В этот день в 1990 году земли ГДР (Бранденбург, Мекленбург-Передняя Померания, Саксония, Саксония-Ангальт и Тюрингия) вошли в состав ФРГ, а Берлин был объявлен столицей единого государства.

На вопросы «Белорусских новостей» посол Германии в Беларуси Гебхардт Вайс ответил на блестящем русском языке.

— Что означает для граждан Германии День объединения?

— 3 октября — наш немецкий и европейский праздник. Для разных поколений он имеет свое значение. Этот праздник особенно важен для тех, кто вырос, когда было две Германии. Среднее поколение, те, кому было 10-20 лет, когда пала Берлинская стена, не имеют такого груза воспоминаний. Однако многим людям старшего поколения из бывшей ГДР даже сегодня иногда психологически сложно полностью адаптироваться к новым условиям жизни в объединенной стране. А те, кто родился в конце 80-х — начале 90-х, воспринимают сегодняшнюю Германию как данность.

Этот день является и важным отправным пунктом нашей европейской политики. Среди предпосылок для объединения Германии были и политические движения к свободе и демократии в Венгрии, Польше, Чехословакии. Объединение Германии, в свою очередь, стало толчком к более решительным шагам по дальнейшей интеграции и расширению Евросоюза. Вклад европейской Германии в интеграционное развитие Европы не окончен, процесс продолжается. Конституцией Германии предусматривается важная для нас с исторической точки зрения норма о необходимости содействия миру в Европе и во всем мире. Для немцев это не просто слова.

Очень символично, что в этом году официальная церемония празднования Дня объединения пройдет в восточногерманском Шверине. Среди приглашенных не только первые лица государства и представители всех земель, но и соседних стран. Это будет большой «бюргерфест» — народные гуляния.

— Можно ли говорить о том, что историческая память помогает немцам лучше понимать белорусов и те процессы, которые имеют место после развала СССР?

— Бесценный опыт Восточной Германии действительно дал нам более глубокое понимание объективных сложностей и шансов трансформационных процессов. Мы на своем собственном опыте поняли, что движение вперед, зачастую даже самые маленькие шаги, — это развитие, и как важно терпение в рамках таких процессов. Такой опыт может быть важен для стран-соседей, но мы не стремимся его навязывать, мы готовы поддержать их как партнеры.

В этой связи я верю, что те идеи, которые закрепились, например, в Германии в связи с объединением — идеи о единой и свободной Европе — ждут еще своего полного осуществления. Только тогда Европа как континент сможет сохранить свое место в бурно развивающемся современном мире, т.е. в условиях качественно новой глобализации.

— У Беларуси есть интерес к германскому опыту?

— В республике я только пару недель, среди первых впечатлений — большой интерес белорусов к Германии, благодаря географической близости растет количество проектов и контактов среди НГО, а также в экономической области. При этом, мне кажется иногда, что интерес с белорусской стороны непропорционально выше.

— Вы не думали о том, что если бы ГДР продолжила существование, она могла быть сегодняшней Беларусью?

— Это, конечно, гипотетический вопрос. Но уже изначальные условия не сравнимы. ГДР была частью советской империи. Был СССР, правитель-гегемон, которого больше нет. Основное отличие от тогдашней ГДР в том, что белорусы могут при желании свободно выезжать в любые страны мира. Несмотря на мой скептицизм в отношении ситуации в области СМИ в Беларуси, мне кажется, что положение в этой области все же лучше, чем оно было в ГДР даже в конце ее существования. Похожая ситуация и с политическими партиями — в ГДР они были полностью интегрированы в систему, в Беларуси есть оппозиционные партии, хотя следует констатировать, что их деятельность по разным причинам ограничена.

Важное отличие и в том, как подсознательно работал национальный вопрос: рядом существовала вторая Германия, и чувство нации никогда не исчезало. В тогдашней ситуации центральной задачей нашей политики являлось создание доверия — сперва с западноевропейскими странами и США, затем, в рамках восточной политики канцлера Вилли Брандта, особенно с СССР, Польшей, Чехословакией. Это доверие стало нашим основным капиталом в конце 80-х, когда Германия, объединившись, стала самой большой европейской страной. Доверие наших партнеров превратилось в их поддержку, когда речь шла об объединении.

Я исхожу из этого исторического урока, когда говорю, что стратегическое значение доверия сегодня также важно для белорусской политики. И дальнейшее развитие отношений между Евросоюзом и Беларусью будет зависеть от построения и сплетения таких доверительных отношений. Важно при этом учитывать необходимость доказывать, что слова не расходятся с делом, и понимать, что доверие лучшим образом строится на основе совместно признанных ценностей.

— У Беларуси и Евросоюза доверительные отношения?

— Принимая у меня верительные грамоты, президент Александр Лукашенко говорил как раз об этом: о необходимости преодолеть существующее взаимное недоверие между Беларусью и странами Евросоюза. Если официальный Минск готов к этому и захочет доказать, что его заявления не расходятся с делом, у него есть сейчас очень важные конкретные возможности. Сейчас надо использовать шансы.

Так, в октябре оппозиционные силы хотят организовать демонстрацию (Европейский марш. – ред.). И как мне кажется, ее успешное проведение — проявление сдержанности как со стороны демонстрантов, так и тех, кто будет охранять правопорядок, — однозначно свидетельствовало бы о том, как важно для всех соблюдение Конституции Республики Беларусь. Право на индивидуальное и коллективное выражение своего мнения — обычная европейская норма, закрепленная конституционно.

Если такое мероприятие состоится и пройдет нормально, можно ожидать положительных реакций стран-соседей, Европы и США, что очень важно для постепенного преодоления взаимного недоверия. Именно поэтому, вероятно, и для белорусских властей спокойное и нормальное проведение демонстрации не менее важно, чем для оппозиции.

— Вы пойдете наблюдать за демонстрацией, если она состоится?

— Пока еще не решил. Скорее не склонен этого делать. Я хотел бы исходить из того, что эта демонстрация пройдет нормально, что не будет ничего из ряда вон выходящего. Я надеюсь, что белорусы смогут совсем нормально воспользоваться своим элементарным конституционным правом.

— Господин посол, Вы говорите о нераскрытом потенциале экономического сотрудничества: можно ли работать над ним, закрывая глаза на политические разногласия?

— Это сложный вопрос на фоне сегодняшней действительности в стране. В принципе, как показывает мой опыт, исключительная концентрация на такой увязке часто бывает бесперспективной, если одновременно не учитывать другие возможности для стимулирования положительных и объективно необходимых процессов. Невозможно нажать только некую абстрактную кнопку «политика», чтобы что-то изменить. Надо, исходя из приоритетов и ценностей, для меня это демократические ценности, позволять процессам идти вперед. Кстати, правильность такой линии показывает немецкий опыт восточной и европейской политики от Вилли Брандта до Гельмута Коля.

Сегодня необходим сбалансированный подход к нашим двухсторонним отношениям. Бессмысленно концентрироваться только на спорных политических вопросах, если существует широкий спектр конкретных форм сотрудничества.

При этом мы должны учитывать, что государство в Европе должно существовать для людей, для каждого отдельного человека, у которого есть потребность в самореализации и свободе. Цели, которые ставят перед собой государство и общество, имеют больше шансов на осуществление, если подразумевают эти потребности, через которые проявляется уникальность каждого человека.

Мы сами в течение германской истории ХХ века часто забывали об этом. Было все: имперские идеи, демократические идеи 20-х годов, которым не суждено было осуществиться, авторитарные, фашистские идеи и только потом, сегодня, к нашему счастью, настоящая либеральная демократия. Мы сейчас на правильном пути. Ключевые слова нашего гимна — Einigkeit und Recht und Freiheit — не пустые слова, это ориентиры нашего развития: единство — предстоит еще много работы, право — тоже многое еще впереди для построения либерального, правового государства. Однако, самое главное — свобода — у нас есть.

— Вы уже можете оценить ситуацию в Беларуси? Так ли не хватает белорусам свободы, как об этом говорит оппозиция? Беларусь — на правильном пути?

— Вы, очевидно, любите сложные вопросы. Я был бы очень рад, если бы Беларусь как можно скорее устранила те причины, которые привели к определенной изоляции страны. Страна и ее население заслуживают другого. И Европе нужно корпоративное отношение к Беларуси, потому что Европа в целом должна быть готова совместно ответить на новые вызовы 21-го века, вызванные бурными процессами глобализации на нашей маленькой планете.

Беларусь в этот новый период глобализации сможет сохранить свою независимость в экономическом, социальном и политическом плане в рамках общепризнанных европейских правил, которые определены обязательствами ОБСЕ. Тогда впереди будет возможным качественно новый уровень партнерства между Евросоюзом и Беларусью в интересах населения этой страны. При этом Евросоюз не призывает Беларусь переориентироваться в своих традиционных партнерских связях.

— Беларусь важный игрок в европейской команде?

— У республики богатый человеческий потенциал, то отличное наследство, которое оставила советская система образования. Много одаренных людей, хороших теоретиков, экономистов, техников, только условия в мире для их успешной работы изменились.

Сегодня залог экономической и социальной стабильности — не столько крупные промышленные предприятия, сколько средние и малые компании, которые могут более гибко реагировать на потребности рынка и выжить в условиях жесткой конкуренции. В любом случае, высокий уровень человеческого капитала — отличная основа для экономического и социального будущего Беларуси.