Белорусов может клюнуть «жареная ворона»

За последние четверть века количество галок, ворон и грачей в Минске и окрестностях выросло вдвое. Это говорит о резком ухудшении санитарного состояния белорусской столицы.

Весну встречаем не только мы, озабоченные делами горожане, но и те, кто зимовал рядом с нами. Мы говорим о птицах.

Даже теплая зима для пернатых — большое испытание. Ведь на кону стоит жизнь. Но благодаря людям, построившим города, улучшились условия жизни и многочисленных видов крылатых. Попав на настоящий пир на городских свалках, в абсолютно безопасные условия гнездования в столичных парках и скверах, они стали стремительно увеличивать численность.

Знаете, сколько в одном только Минске сейчас ночует ворон и их ближайших видовых «родственников»? До 70 тысяч!

Как рассказал «Белорусским новостям» младший научный сотрудник лаборатории паразитологии Института зоологии НАН Беларуси Александр Чайковский, популяция врановых стремительно увеличивается. По сравнению с 80-ми годами прошлого века, численность птиц этого вида выросла в 1,5-2 раза. Помимо 15-20 тысяч особей, живущих в городе оседло, еще около 40-50 тысяч прилетают в город на ночевку, в парки и скверы, в том числе в Центральный детский парк имени Горького.

Правда, изменился видовой состав смешанных стай. Если раньше в них серых ворон, грачей и галок было примерно поровну, то теперь основа стаи — до 70% — это галки, 15-20% — грачи, а ворон — совсем немного.

Почему так выросла численность галок и грачей? Александр Чайковский считает, что главная причина — «неограниченная кормовая база». В самом Минске контейнеры для сбора бытовых отходов не закрываются и являются «столовыми» для пернатых. А вокруг города раскинулись многочисленные полигоны бытовых и пищевых отходов, попросту — свалки. И расположены они на расстоянии, которое позволяет стаям птиц прилетать на ночевку в Минск.

Вот как описал «Белорусским новостям» образ «столичной» жизни врановых охотовед, эколог и большой знаток птиц Николай Жуков: «Понаблюдаем, как ведут себя птицы в утренние сумерки. Им пора на кормежку — и вся стая поднимается в воздух. Несколько минут кружатся, поджидая замешкавшихся. Затем, вытягиваясь узкой лентой, летят по направлению к городским свалкам. Но через некоторое время часть птиц возвращается и опускается на деревья. Это те особи, которые живут в столице круглый год. И они уверены, что найдут себе пропитание в пределах города. На свалке же кормятся кочующие, прилетевшие из более северных районов. Ближе к весне они покинут территорию Минска, вернутся в родные места, где будут выводить потомство».

А где же корм находят те, у кого «прописка» столичная? Прежде всего, в открытых контейнерах для мусора. Подчеркну: птицам интересны только переполненные, насыпанные с верхом, контейнеры. Ворона никогда не слетит в контейнер или любую урну, заполненную не до верху. Она обязательно должна контролировать окружающую обстановку, видеть все подступы.

В вечерних сумерках тысячные стаи тянутся на ночевку в Минск, в парки и скверы. Почему они летят на ночь в город, ведь вокруг столицы столько лесов? А просто здесь безопаснее. Нет куниц и сов — врагов врановых птиц, которые могут их сцапать в ночное время. Кстати, опасаясь именно этого, грачи создают свои гнездовые колонии на куртинах деревьев, растущих обособленно от лесных массивов, не связанных с ними даже узкой полосой деревьев. Ведь на открытое место куница никогда не выйдет, на земле ее поймают и разорвут бродячие собаки.

Ночью птицы не спят в привычном понимании этого слова, они постоянно перелетают с ветки на ветку, тем более, что город хорошо освещен и ночью. Не позавидуешь жителям, чьи дома расположены поблизости от скверов, облюбованных для ночевок этими горластыми созданиями.

Проблема, порождаемая стаями врановых, заключается в том, что места ночевки этих птиц обильно загрязнены пометом. За зиму его столько скапливается, что даже трава под «спальными» деревьями весной не вырастет. Обслуживающему парки персоналу почти ежедневно приходится чистить скамейки, а весной их еще и перекрашивать.

Количество врановых в любом населенном пункте — своего рода «лакмусовая бумажка», свидетельствующая о его санитарном состоянии, считает Н. Жуков. Когда ворон и галок слишком много — значит, не все благополучно с санитарией.

«И можно говорить об увеличении риска эпидемий», — дополняет охотоведа А. Чайковский.

Надо сказать, что врановые птицы, по исследованиям ученых разных стран, в том числе белорусских исследователей Б. Савицкого и Т. Самойловой, переносят целый ряд вирусов. Среди них — лихорадка Западного Нила, японский энцефалит, синдбис, уукуниеми и другие.

«Эколого-зоологические данные позволяют сделать предположение, что в условиях Беларуси врановые могут осуществлять циркуляцию возбудителей зооантропонозов и антропозоонозов. То есть, служить «транспортом» для заноса в населенные пункты вирусных возбудителей из очагов природной зоны», — говорит ученый. И делает вывод: разрастание популяции этих птиц может привести к возникновению очагов заболевания, и не только птиц. Эти болезни могут передаваться и домашним животным, и человеку. Причем физический контакт с переносчиком не обязателен.

Кроме того, врановые переносят насекомых, членистоногих, которые являются эпидемически опасными. В частности, установлено, что основными и единственными переносчиками возбудителя клещевого энцефалита в республике является клещ Ixodes ricinus L., в прокормлении которого участвуют практически все контактирующие с ним виды теплокровных, в том числе и птицы.

Пока присутствие такого количества птиц в Минске не принесло проблем эпидемиологического или медицинского характера. Но угроза существует. И насколько она серьезна, показали события января в Подмосковье, где только ценой введения полувоенного положения в сельских хозяйствах девяти районов удалось локализовать вспышку птичьего гриппа.

Наши местные врановые тоже контактируют с пролетными птицами. А значит, вполне могут стать промежуточным звеном в передаче птичьего гриппа. Это немаловажный фактор. Скажем больше, у врановых в Беларуси уже выделялись антитела к вирусу птичьего гриппа. Не Н5N1, а А2, он не опасен для человека, но все же…

И неспроста главный санитарный врач республики недавно сообщил, что в Беларуси будут созданы станции слежения за перелетными птицами в рамках мероприятий по профилактике птичьего гриппа.

Так что угроза со стороны полчищ врановых очевидна. По информации А. Чайковского, в прошлом году из бюджета были выделены деньги на оценку численности врановых, закуплена акустическая аппаратура для отпугивания птиц. К слову, аппаратура оказалась очень эффективной. Например, в парке Горького численность ночующих особей удавалось снизить с 40 000 до 100.

В Беларуси разработаны различные методы и методики сокращения численности врановых. В том числе и с применением химических веществ. Есть планы по сокращению количества мест гнездования, ведь зеленая зона вокруг Минска состоит в основном из посадок тополя, а он идеально подходит для выведения потомства галок и ворон.

Но все эти мероприятия требуют немалых вложений. Пока на серьезное финансирование власти не решаются.

Так что еще некоторое время — пока жареный петух, а точнее, «жареная ворона» не клюнет, — небо над Минском будут застить не только тучи, но и огромные стаи пернатых.