В Минске Путин говорил не о газе, а о Парижском клубе

Как ожидалось, за ходом учений субботним утром должны были наблюдать и главы стран ОДКБ, саммит которой прошел 23 июня в Минске, но на Обуз-Лесновский полигон под Барановичами приехал только Александр Лукашенко. Россию представлял вице-премьер — министр обороны Сергей Иванов, так как Владимир Путин вернулся в Москву сразу после неформальной встречи президентов в "Силичах".

Возможно, Путину не понравилось, что в горнолыжном центре его, как и других президентов, пытались обрядить в белорусский национальный костюм (рубаху и соломенную шляпу), или российскому лидеру не по вкусу пришлись картофельные колбаски. Впрочем, как отмечают очевидцы пятничных саммитов, Путин хмурился и был не в настроении весь день. Не исключено, что в ходе посиделок в "Силичах", где уже не было необходимости придерживаться протокола, поднимались и неприятные для главы Кремля вопросы. И, в первую очередь, по поводу поставок в Беларусь российского газа в следующем году.

Хотя это, конечно, не самый главный, хотя и важный вопрос белорусско-российских отношений на данном этапе. Но Путин, как показалось, в ходе своего визита в Минск тему двухсторонних отношений обсуждать не собирался, говоря исключительно о взаимодействии стран в рамках ЕврАзЭС и ОДКБ, а иногда и вовсе отходя от темы. Как, к примеру, на пресс-конференции, когда российский президент вдруг заговорил о готовности досрочно погасить Парижскому клубу долги Советского Союза.

Это заявление можно считать весьма символичным, учитывая нынешние напряженные отношения России и Запада. Столь широкий жест со стороны Москвы — выплата составит около 22 млрд. долларов — должен продемонстрировать мировому сообществу стремление России поддерживать добрые и партнерские отношения со странами Запада. Секретариат Парижского клуба уже даже успел распространить сообщение, в котором говорится, что после погашения долга Россия останется в клубе в качестве полноправного кредитора наряду с еще 19 крупнейшими финансовыми донорами.

С другой стороны, сделав подобное заявление в присутствии других лидеров бывших советских республик, Путин, не исключено, хотел дать понять своим коллегам, что Россия по-прежнему намерена исполнять централизующую роль на постсоветском пространстве. Из этой же серии и единственный несогласованный в ходе саммита ЕврАзЭС документ — проект концепции международной деятельности Евразийского экономического сообщества.

Этот документ предполагает согласованные условия присоединения стран ЕврАзЭС к Всемирной торговой организации с учетом перспективы создания таможенного союза. По-видимому, лоббирование этой идеи белорусской стороной было расценено, как попытка Беларуси въехать в ВТО на чужом горбу. Желающих подставить свои плечи, судя по всему, не нашлось.

Остался пока неурегулированным и вопрос военной помощи в рамках ОДКБ. Впрочем, как считает президент Беларуси Александр Лукашенко, для нашей страны это не имеет решающего значения и актуальности.

"Но это не значит, что данное положение не действует, — сказал Лукашенко на Обуз-Лесновском полигоне, где он наблюдал за белорусско-российскими учениями. — В странах Средней Азии было много случаев: президенты, главнокомандующие Вооруженных сил принимали решение". По мнению президента Беларуси, они вправе принять решение и без прописанной в рамках ОДКБ нормативной базы. "Желательно, чтобы была нормативная база, и чтобы каждый знал, кто будет принимать решение, и будет ли его принимать вообще, если вдруг что-то случилось", — отметил Лукашенко.

Впрочем, если что-то вдруг случится — "плечо нам подставит Россия", поддержку которой в военном плане Лукашенко охарактеризовал как колоссальную.