Навигация
Зарплаты рабочих потерялись в бюрократическом круговороте
«Невыплаты зарплаты начались на предприятии еще в октябре 2009 года. Но потом как-то вопрос решился, и хоть какую-то часть денег мы получили. А с марта 2010 года зарплату мы не видели, но продолжали трудиться в надежде получить свое, заработанное. Время шло, ничего не менялось, денег как не было, так и нет. Естественно, люди увольнялись, потому что нужно было как-то кормить семьи», — объяснил Naviny.by ситуацию бывший работник СООО «Биовторресурс» Павел Железняков. Он уволился с предприятия в августе 2010 года.
Обманутые работники обратились в суд Советского района — чтобы на законных основаниях вернуть заработок. Суд вынес по искам решения — выплатить задолженность по зарплате. Были возбуждены исполнительные производства, но денег люди так и не увидели. Поэтому написали жалобы — в КГК, Департамент государственной инспекции труда, управление юстиции Гомельского облисполкома, Министерство юстиции.
«Но ответы из различных инстанций мы получали или взаимоисключающие, или отписки, или сообщения о том, что наша жалоба переслана по иному адресу», — добавил Павел Железняков.
К примеру, из Гомельского областного управления Департамента государственной инспекции труда обманутые работники получили ответ, что на предприятии проведена проверка по вопросу несвоевременной выплаты зарплаты, в ходе которой были выявлены нарушения законодательства о труде. Директор СООО «Биовторресурс» был за нарушения наказан — оштрафован.
«Вместе с тем, оказать вам содействие в получении всех причитающихся от нанимателя сумм не представляется возможным, так как организация с июня 2010 года не осуществляет финансово-хозяйственной деятельности, и на расчетном счету отсутствуют денежные средства. В настоящее время идет процедура ликвидации организации», — посочувствовал заявителям начальник областного управления Департамента Николай Бараненко.
«Свежо предание, да верится с трудом — про то, что предприятие не ведет деятельности и находится в стадии ликвидации. Нам достоверно известно, что в октябре 2010 года на предприятии была произведена продукция весом 200 тонн, а еще 300 тонн хранилось на складах («Биовторресурс» производит топливные гранулы — пелетты. — прим. ред). Насколько нам известно, эта продукция была оправлена покупателю. Как такое было бы возможно, если бы предприятие было в стадии ликвидации», — удивляется Железняков.
Кстати, мнение о том, что предприятие работает, хотя Департамент инспекции труда убеждает в обратном, разделяет и управление ДФР КГК по Гомельской области. На обращение в УДФР был получен ответ: «С января по октябрь 2010 года СООО «Биовторресурс» отчитывалось об осуществлении деятельности в ИМНС по Советскому району и в настоящий момент не находится в стадии ликвидации».
Также из УДФР заявителям сообщили, что «исполнение решений судов не входит в компетенцию органов финансовых расследований, а является исключительной компетенцией судебных исполнителей».
«Кому верить? Департамент по труду убеждает нас, что предприятие — в стадии ликвидации. УДФР твердит обратное. Судебные исполнители не спешат исполнить решение и вернуть нам деньги. Жалобы на судебных исполнителей — в управление юстиции и Министерство юстиции — вернулись обратно, в суд Советского района, на который мы и жаловались», — недоумевает собеседник.
А что же суд?
Он дает такой ответ заявителям: «Решениями суда Советского района с СООО «Биовторресурс» в вашу пользу взыскана заработная плата и средний заработок за задержку расчета при увольнении на общую сумму 66 965 685 рублей».
«Решение есть, деньги на бумаге взысканы — в нашу пользу, осталось только как-то их получить в реальности», — добавляет Павел Железняков.
А в реальности-то денег все равно нет. На основании решений суда были возбуждены исполнительные производства. В ходе исполнения решений суда люди получили с предприятия от 200 тысяч до 1,5 млн. рублей. А должно предприятие, напомним, более 66 миллионов.
Также суд сообщил, что наложен арест на имущество и транспортные средства должника на общую сумму более 26 млн. рублей, и на оборудование — на 50 млн. рублей. «При этом имущество на сумму 3 млн. рублей было реализовано, денежные средства выплачены взыскателям», — объясняется в ответе из суда. «В силу специфики производственного оборудования реализация его является затруднительной. В ходе проверки наличия имущества у должника, готовой продукции на складе выявлено не было, также как и сырья для изготовления продукции», — отчитался суд.
«Ни продукции, ни сырья нет, а УДФР отвечает, что предприятие не находится в стадии ликвидации и отчитывается в налоговую. Куда и как ушли 500 тонн готовой продукции в октябре, и как они могли уйти, если счета и имущество арестованы — непонятно», — удивляется бывший работник.
Подводя итог: люди зарплаты не получили, судебные исполнители решение пока не исполнили, жалобы курсируют по маршруту Гомель-Минск и обратно, чиновники разводят руками и отмахиваются от жалоб, возвращая их «на периферию» — мол, разбирайтесь сами.
«С каждым днем папка с бумагами — ответами, отписками, растет, только денег у нас от этого не прибавляется, а цены с момента невыплаты заработных плат выросли почти вдвое, а суммы по зарплатам остались такими же. За месяц после решения суда мне «набежало» только 50 тысяч. У меня возникает вопрос — зачем нужны все эти контролирующие и иные органы, которых у нас пруд пруди, если они не хотят разбираться с заявлениями, а просто оправляют их обратно — тем, на кого жалуются? Зачем в этих ведомствах сидит уйма чиновников различных рангов? Ведь для отсылки писем обратно в Гомель или иной город хватило бы и нескольких человек?» — задает вопросы Павел Железняков.
