Навигация
Беларусь — санитарный кордон от непредсказуемой России
15.10.2008
7 октября Александр Лукашенко заявил председателю ОБСЕ: если Европа сделает навстречу нам два шага, мы готовы сделать пять. Со своей стороны, Европа, во-первых, удивительно мягко оценила выборы «стерильной Палаты» (ни одного мандата не досталось оппозиции!) и замяла вопрос об их «тестовом характере». В качестве второго шага ЕС 13 октября снял визовое табу с 35 белорусских чиновников, включая главу государства. Чем же ответит Минск?
Европа сделала хитро. Визовые санкции лишь заморожены на полгода. Подразумевается, что за это время белорусское руководство что-то реально сделает в плане демократизации и обеспечения гражданских свобод. Например, подкорректирует избирательное законодательство, чтобы гарантировать прозрачность подсчета голосов, и т.п.
Ведь освобождение Козулина и прочих «политических», при том что стало конкретной (и психологически трудной для власти) уступкой, ни на йоту не изменило жесткого авторитарного устройства государственной системы. Завтра в два счета могут набрать новый комплект «политзэков». Репрессивный аппарат начеку, законы и, главное, практика их применения — заточены под срезание на корню любой политической альтернативы.
В общем, уважением тех фундаментальных ценностей, которыми так дорожит Старый Свет, в молодой белорусской державе пока и не пахнет. А между тем оппозиция и так уже забросала хитроумных брюссельских стратегов булыжниками обвинений за «новый курс»: мол, предали дело демократии, «кинули» тех, кто сражается за нее в недрах «последней диктатуры Европы»!
Короче, Евросоюзу надо показать, что им движут в белорусском вопросе не только геополитические да экономические нужды, но и забота о тех самых фундаментальных ценностях.
Через пару недель в Минск прилетит специальная миссия ЕС, чтобы наметить план сотрудничества в целях демократизации Беларуси.
И вот тут начнется самое интересное. Александр Лукашенко честно сказал: в Европу нас толкает экономика. Расшифруем: нужны инвестиции и технологии, нужна западная опора против российского давления. Короче, все объясняется просто и приземленно. Было бы верхом наивности думать, что белорусская власть перековалась и загорелась либеральными идеями.
Но и в Брюсселе не простаки. Потому и твердят о дорожной карте нормализации отношений. Хотят зафиксировать на ней вехи: белорусская сторона приходит в точку А (скажем, отмена драконовского закона о СМИ или «политических» статей УК) — мы ждем там с таким-то бонусом (кредиты, преференции и прочее материальное стимулирование).
Теоретически грамотно. Но тут надо учесть большой опыт Минска по части имитации всяческих сближений. Умение тянуть резину отработано до совершенства на восточном направлении в процессе «братской интеграции». Там тоже были свои дорожные карты типа этапов введения единой валюты. Но навязать рубль с двуглавым орлом Россия не смогла и поныне. Между тем Минск исправно доил Москву, подкармливая ее риторикой «единения».
Будьте уверены: Брюссель еще вкусит такой же резиновой жвачки.
И все же на некие уступки идти придется. Белорусский официальный лидер слишком долго добивался, чтобы ему приоткрыли дверь в Европу. И дело не только в амбициях: экономика поджимает. Так что бездарно вернуться через полгода в статус-кво тут вряд ли планируют.
Другое дело, что суть тактики сведется к принципу «получить максимум, уступить минимум», считает минский политолог Андрей Федоров. «Власти будут жестко торговаться», — говорит он.
По мнению Федорова, в первую очередь Минск может ввести мораторий на смертную казнь. Эта уступка ничем не грозит политической системе. Далее, власти могут пойти на возврат негосударственных газет в киоски и почтовые каталоги. Полузадушенная независимая пресса вряд ли способна быстро восстановиться и набрать тиражи, угрожающие информационной монополии официоза.
Пойдет ли Минск на другие уступки? «Это будет зависеть от весомости экономического пакета, который предложит Европа», — считает аналитик.
Положа руку на сердце, только этот пакет Минску и нужен. Все остальное — типа прав человека и гражданских свобод — здешнее начальство откровенно называет вещами «эфемерными». Да, отфутболивать Европу с ее «пунктиками», скорее всего, не станут. Но превратят эту условную евроинтеграцию в тягучий аналог союзного проекта с Россией.
Так, по мнению политолога Юрия Чаусова, белорусская сторона станет убеждать ЕС, что процесс изменения избирательного законодательства требует времени, а также «позиционировать этот процесс как успешный, хотя и медленный».
Короче, западникам будут терпеливо втолковывать, что быстро только кошки родятся.
И многие в Брюсселе будут склонны согласиться с этой очевидной истиной. Сегодня Европе важно иметь на восточном направлении санитарный кордон от непредсказуемой России. А уж остальное как-нибудь приложится, думают, видимо, европейские стратеги.
В этом «как-нибудь приложится», скорее всего, и будут жить в ближайшие годы 9,68 миллиона белорусов. Или вы думали, что евробюрократы станут героями, штурмующими небо во имя белорусской демократии? Демократии, которая для массы здешнего электората — и это не лирика, а социология — на пятом месте после чарки и шкварки.
Европа сделала хитро. Визовые санкции лишь заморожены на полгода. Подразумевается, что за это время белорусское руководство что-то реально сделает в плане демократизации и обеспечения гражданских свобод. Например, подкорректирует избирательное законодательство, чтобы гарантировать прозрачность подсчета голосов, и т.п.
Ведь освобождение Козулина и прочих «политических», при том что стало конкретной (и психологически трудной для власти) уступкой, ни на йоту не изменило жесткого авторитарного устройства государственной системы. Завтра в два счета могут набрать новый комплект «политзэков». Репрессивный аппарат начеку, законы и, главное, практика их применения — заточены под срезание на корню любой политической альтернативы.
В общем, уважением тех фундаментальных ценностей, которыми так дорожит Старый Свет, в молодой белорусской державе пока и не пахнет. А между тем оппозиция и так уже забросала хитроумных брюссельских стратегов булыжниками обвинений за «новый курс»: мол, предали дело демократии, «кинули» тех, кто сражается за нее в недрах «последней диктатуры Европы»!
Короче, Евросоюзу надо показать, что им движут в белорусском вопросе не только геополитические да экономические нужды, но и забота о тех самых фундаментальных ценностях.
Через пару недель в Минск прилетит специальная миссия ЕС, чтобы наметить план сотрудничества в целях демократизации Беларуси.
И вот тут начнется самое интересное. Александр Лукашенко честно сказал: в Европу нас толкает экономика. Расшифруем: нужны инвестиции и технологии, нужна западная опора против российского давления. Короче, все объясняется просто и приземленно. Было бы верхом наивности думать, что белорусская власть перековалась и загорелась либеральными идеями.
Но и в Брюсселе не простаки. Потому и твердят о дорожной карте нормализации отношений. Хотят зафиксировать на ней вехи: белорусская сторона приходит в точку А (скажем, отмена драконовского закона о СМИ или «политических» статей УК) — мы ждем там с таким-то бонусом (кредиты, преференции и прочее материальное стимулирование).
Теоретически грамотно. Но тут надо учесть большой опыт Минска по части имитации всяческих сближений. Умение тянуть резину отработано до совершенства на восточном направлении в процессе «братской интеграции». Там тоже были свои дорожные карты типа этапов введения единой валюты. Но навязать рубль с двуглавым орлом Россия не смогла и поныне. Между тем Минск исправно доил Москву, подкармливая ее риторикой «единения».
Будьте уверены: Брюссель еще вкусит такой же резиновой жвачки.
И все же на некие уступки идти придется. Белорусский официальный лидер слишком долго добивался, чтобы ему приоткрыли дверь в Европу. И дело не только в амбициях: экономика поджимает. Так что бездарно вернуться через полгода в статус-кво тут вряд ли планируют.
Другое дело, что суть тактики сведется к принципу «получить максимум, уступить минимум», считает минский политолог Андрей Федоров. «Власти будут жестко торговаться», — говорит он.
По мнению Федорова, в первую очередь Минск может ввести мораторий на смертную казнь. Эта уступка ничем не грозит политической системе. Далее, власти могут пойти на возврат негосударственных газет в киоски и почтовые каталоги. Полузадушенная независимая пресса вряд ли способна быстро восстановиться и набрать тиражи, угрожающие информационной монополии официоза.
Пойдет ли Минск на другие уступки? «Это будет зависеть от весомости экономического пакета, который предложит Европа», — считает аналитик.
Положа руку на сердце, только этот пакет Минску и нужен. Все остальное — типа прав человека и гражданских свобод — здешнее начальство откровенно называет вещами «эфемерными». Да, отфутболивать Европу с ее «пунктиками», скорее всего, не станут. Но превратят эту условную евроинтеграцию в тягучий аналог союзного проекта с Россией.
Так, по мнению политолога Юрия Чаусова, белорусская сторона станет убеждать ЕС, что процесс изменения избирательного законодательства требует времени, а также «позиционировать этот процесс как успешный, хотя и медленный».
Короче, западникам будут терпеливо втолковывать, что быстро только кошки родятся.
И многие в Брюсселе будут склонны согласиться с этой очевидной истиной. Сегодня Европе важно иметь на восточном направлении санитарный кордон от непредсказуемой России. А уж остальное как-нибудь приложится, думают, видимо, европейские стратеги.
В этом «как-нибудь приложится», скорее всего, и будут жить в ближайшие годы 9,68 миллиона белорусов. Или вы думали, что евробюрократы станут героями, штурмующими небо во имя белорусской демократии? Демократии, которая для массы здешнего электората — и это не лирика, а социология — на пятом месте после чарки и шкварки.
Александр КЛАСКОВСКИЙ
