Нацбанк не торопится дернуть за рычаг ставки рефинансирования

Даже официальные данные по январскому уровню инфляции неутешительны: 2,5%. За три последних месяца потребительские цены в Беларуси выросли на 7,3%. И это при прогнозе годовой инфляции в пределах 6-8% и перспективе дальнейшей лихорадки продовольственного рынка.

В здоровой экономике ставка рефинансирования (СР) должна на 1,5-2% превышать уровень инфляции. В Беларуси СР — 10%, инфляция-2007 — 12,1% (индекс потребительских цен за первый месяц года к январю 2007-го, согласно Минстату, составил 112,9%). Таким образом, критическая черта, за которой начинается опасная зона отрицательных процентных ставок — зона бегства от рублевых депозитов — в конце прошлого года была перейдена.

На этом фоне логично было бы ожидать от Нацбанка не понижения, а повышения СР, что уже сделала Россия, также столкнувшаяся с инфляционной проблемой.

Однако в Беларуси в течение 2008 года ставку запланировали снизить до 7-9%, а план у нас — дело первостепенное. Подобные ставки, меж тем, — величина не директивная, но индикативная. По большому счету, это маячок для банков, высвечивающий для них ориентиры ставок по краткосрочным кредитам. Повсеместный рост стоимости кредитов естественным образом сокращает находящуюся в обращении денежную массу, и, соответственно, инфляцию. И наоборот, удешевление кредитных ресурсов стимулирует предприятия к кредитованию, увеличивая денежную массу и подогревая инфляцию.

Рычаг ставки рефинансирования в Беларуси пора бы привести в движение, но в обратном запланированному направлении, убежден экс-глава Национального банка Станислав Богданкевич.

Основываясь на классической экономической теории, говорит он, и на том, что денежная масса у нас постоянно растет высокими темпами, кредитные вложения растут в несколько раз быстрее ВВП, вывод один: не повышая СР, Нацбанк ведет себя неразумно. «По всем святцам ставка должна быть повышена: как минимум до 13% — чтобы превысила инфляцию, — считает финансист. — Оперативно можно было бы повышать и до 15%, для того, чтобы сбить рост денежной массы, стабилизировать вклады населения, теряющего по своим долларовым и рублевым депозитам, а в последующем, исходя из ситуации, можно и снизить».

Но такая живая реакция едва ли возможна в тяжеловесной белорусской экономической системе.

«У нас ведь далеко не рыночная экономика, — вспоминает С.Богданкевич. — У власти вообще, и у финансовой власти в частности, стоят далеко не рыночники. До сих пор я хвалил Нацбанк за то, что они более-менее разумно проводят линию в условиях нашей модели, но сейчас, я думаю, они допускают ошибку».

Причем бывший глава Нацбанка уверен, что официальная статистика по инфляции приукрашивает действительность, «особенно, отмечает он, если считать, исходя из зарплаты и роста цен на продовольствие и товары народного потребления, на которые и уходят почти все деньги абсолютного большинства людей. А ведь на продовольствие цены в Беларуси в прошлом году выросли не на 12%, и, возможно, даже не на 20%...».

Между тем, при занижении уровня инфляции автоматически завышаются другие, ключевые, экономические показатели: рост ВВП, розничный товарооборот, реальные денежные доходы, пенсии...

Не внушают доверие С.Богданкевичу и заявления о стабильности национальной валюты: «Эта иллюзия основана на стабильности белорусского рубля по отношению к «падающему» доллару. Однако по отношению к стабильным евро и российскому рублю белорусский рубль постоянно обесценивается».

По информации экономиста Леонида Злотникова, за последние два года ВВП Беларуси вырос примерно в 1,2 раза, тогда как денежная масса — приблизительно в 1,45 раза. В первой половине 2007 года ее прирост Нацбанку удавалось сдерживать, но в последнем квартале «шлюз прорвало», и только за декабрь денежная масса увеличилась на 6,5% до рекордных 23,8 трлн. рублей.

В такой ситуации Национальному банку ужать бы аппетиты экономики на заемные деньги. Отнюдь. Его глава — Петр Прокопович — готов «беспрецедентно нарастить объемы кредитования». По его словам, «в этом году перед нами стоят еще более сложные задачи по наращиванию объемов кредитования экономики: на 1 января 2009 года требования банков к экономике должны составить не менее 42,9 трлн. рублей, то есть увеличиться на 12,5 трлн. по сравнению с 1 января 2008 года — прирост 41% в течение года».

По словам Л.Злотникова, правительству пока удается тормозить инфляцию, во-первых, благодаря привязке белорусского рубля к нестабильному доллару (таким образом сдерживаются цены на импортные товары и услуги в национальной валюте), во-вторых — административным регулированием ценообразования.

Но искусственная заморозка цен в одной группе товаров компенсируется их ускоренной «разморозкой» в другой. В Беларуси предельные торговые надбавки на 9 продовольственных групп (мясо, молочные продукты, масло, и др.) правительство установило еще в 2003 году, в 2005-м список был расширен еще на 7 групп, в 2007-м государство контролировало цены уже на 21 группу продтоваров, а наценки на ранее «замороженные» продукты были сокращены. И, тем не менее, это не спасло от инфляционного всплеска.

Министерство экономики, от которого премьер Сергей Сидорский сейчас ждет четкого плана антиинфляционных действий, наверняка, понимает, что одни привычные методы уже не выручат. «Плохо, что растут цены на продовольствие, но еще хуже, если мы будем регулировать цены. В конечном итоге это приведет к убыточности производителей и отсутствию у них желания работать», — заявил на итоговой коллегии ведомства 1 февраля министр экономики Николай Зайченко.

Что же предлагает глава Минэкономики, возможно, станет ясно завтра — в графике рабочего дня министра запланирована встреча с журналистами.